Skip to content

Солдатский доктор

Н. Шевяков, полковник запаса,
бывший комиссар парашютно-десантной части.

Перед рассветом нас подняли по тревоге. Когда пришли на аэродром, тяжелые бомбардировщики уже выруливали к посадочной площадке. На зеленой поляне, по обочине аэродрома рядами лежали уложенные парашюты. Мы с командиром батальона капитаном Федоровым встречали свои подразделения. К Федорову поочередно подходили командиры и докладывали о прибытии личного состава.

К нам подошел небольшого роста в новой военной форме с одним прямоугольником в петлицах командир и, неумело приложив руку к фуражке, доложил:

Товарищ капитан! Я военный врач Исаев, прибыл для прохождения службы в вашем батальоне.

Вид у врача был далеко не строевой.

Служили раньше в армии?

Нет… Учился…

Оно и видно по докладу, — заметил Федоров. — Ну, это дело поправимое. Как Ваше имя и отчество?

Абусаид Валиевич… Дагестанец, — добавил Исаев.

Очень хорошо… Значит, будем прыгать.

И руководить медицинской службой, — подчеркнул Исаев.

Так мы познакомились с Саидом Исаевым.

Он рано остался сиротой. Воспитывался в Буйнакском детском доме. Учился в интернате горцев, потом в педтехникуме, но, поняв, что преподавание — не его призвание, Саид уезжает в Махачкалу. Заканчивает Махачкалинский ветеринарный техникум и поступает в Ленинградский ветеринарный институт. Работа ветврача не удовлетворяла Абусаида, и осенью 1935 года Исаев поступает во 2-й Ленинградский медицинский институт, который успешно заканчивает летом 1938 года…

Саид быстро вошел в жизнь десантников. У каждого парашютиста-десантника есть дни, которые остаются в памяти на всю жизнь. Многим надолго запоминается первый прыжок с самолета и особенно момент падения в пустоту до открытия парашюта: это непередаваемое чувство волнения, а порой и страха, после приземления переходит в торжественно-радостное ощущение себя, своей победы.

Товарищ капитан! Военврач Исаев совершил первый прыжок. Все благополучно.

Так было в один из августовских дней 1938 года на площадке приземления в районе Пулковских высот под Ленинградом, когда совместно с другими командирами и бойцами совершил свой первый прыжок на парашюте врач Абусаид Валиевич Исаев. Этот день Абусаиду запомнился надолго, и он, уже будучи инструктором парашютного дела, всегда рассказывал молодым бойцам о своем первом прыжке.

В дальнейшем все это входит в неотъемлемую часть боевой подготовки. Но, как правило, в памяти каждого парашютиста остаются отдельные эпизоды, связанные с риском для жизни.

В один из зимних дней 1939 года, когда наступили лютые декабрьские морозы, десантная часть получила боевое задание.

Марш на лыжах от Петрозаводска до Сальми десантники совершили без происшествий. Остров Лункулансари на Ладожском острове расположен в пяти километрах от прибрежного города Сальми. Финское командование укрепило его дотами и траншеями. С этого острова тяжелая артиллерия вела обстрел единственной дороги вдоль северо-восточного побережья Ладожского озера. Нашему батальону было приказано отчистить остров от белофиннов. В полночь подразделения батальона в маскхалатах и с автоматами двинулись по льду к этому острову.

Впереди цепочкой двигался разведвзвод лейтенанта Коновалова. С ним шел врач Исаев. Пять километров по глубокому снегу нужно было пройти до рассвета, чтобы внезапно ударить по белофиннам. Исаев хорошо уже знал повадки и «сюрпризы» белофиннов, поэтому был всегда наготове, чтобы быстро оказать помощь раненым.

У Исаева было много работы, особенно в борьбе с обморожением, температура воздуха доходила до 40-45 град. ниже нуля, а укрытий, кроме чумов, сложенных из тонких еловых деревьев, не было. Рыть окопы или блиндажи не представлялось возможным: почва с мелкой галькой глубоко промерзла, а дальше шла грунтовая вода. Исаев не спал ночами, упорно боролся буквально за каждого бойца. Многие обязаны ему не только тем, что спаслись от ампутации конечностей, но и тем, что остались живы.

Для полной очистки острова в сторону врага была послана усиленная разведка. Командование батальоном приняло все меры для выполнения поставленной перед разведчиками задачи: в полной боевой готовности были развернуты артиллерийские и минометные подразделения, чтобы в случае надобности поддержать посланную разведку.

Ровно в полночь разведчики подошли вплотную к укрепленному белофиннами участку, засекли огневые точки, наметили более слабые места для наступления. Они готовы были вернуться, как вдруг одно неосторожное движение разведчика в проволочном заграждении привлекло внимание белофиннов, и они открыли беспорядочный пулеметно-ружейный огонь.

Начался бой разведки с белофиннами. Заработала наша артиллерия, минометы. Но силы были неравные. С берега стала помогать наша гаубичная артиллерия — открыла огонь по дотам. Бой длился всю ночь и весь день, и только к вечеру наступило относительное затишье.

Всю ночь и весь день Абусаид не отходил от своего примитивного операционного стола, спасая жизнь бойцов и командиров.

… Летом 1940 года 201-я воздушно-десантная бригада имени Сергея Мироновича Кирова была срочно передислоцирована на Украину в местечко Скоморохи. Перед десантной бригадой стояла задача: помочь бессарабскому народу, который воссоединился с СССР.

Врач Исаев принял активное участие в восстановлении нормальной работы медицинских учреждений. Вместе с местными врачами Абусаид организовал прием больных и работу по стационарному лечению. Он первым встал за операционный стол. Своим искусством хирурга Абусаид завоевал авторитет у людей…

…Осень 1941 года. Фашисты подошли к Москве. Началась кровопролитная битва за столицу. Чтобы понять ее грандиозность, достаточно сказать о том, что в этом сражении со стороны противника участвовало свыше 80 дивизий, оснащенных современной техникой.

Но захватчики жестоко просчитались… Нашлась сила, которая сокрушила фашистские орды и в прах развеяла миф о непобедимости немцев.

Из Архива МО СССР, опись 9164, дело 27:

«…После прорыва ударной группы 33-й армии и группы генерала Белова в направлении города Вязьмы наступление центральных армий Западного фронта приостановилось — противник прочно удерживал район Юхнова: немецкое командование стремилось во что бы то ни стало удержать за собой Юхновский плацдарм с целью развертывания в дальнейшем активных действий на московском направлении.

Сковать центр армий Западного фронта и не допустить их к городу Вязьме и на Днепр — вот задача, которую выполняли немецкие войска в районе города Юхнова.

Чтобы нарушить фронт противника и завершить окружение Юхновской группировки противника, командование фронта решило выбросить 4-й воздушнодесантный корпус (ВДК) западнее Юхнова с задачей: прорвать фронт противника в районе Песочный и выйти на Варшавское шоссе (25-30 километров юго- западнее Юхнова).

В ночь с 19 на 20 февраля 1942 года в районе Большая Еленка был выброшен 4-й ВДК.

А в ночь на 24 февраля 2-й корпус перешел в наступление…»

В прорыве ударной группы 33-й армии противника участвовал и Абусаид Исаев, который десантировался вместе со взводом лейтенанта Петрова.

Наступление десантников началось на узловой населенный пункт Ключи. Этот участок был сильно укреплен. Через него проходили две дороги, которые связывали немецкий фронт с тылом, откуда фашисты подвозили боеприпасы и горючее, резервы и продовольствие.

Перед парашютистами-десантниками стояла задача: помочь группе генерала Белова и любыми путями захватить опорный пункт Ключи. Десантники знали, что вести борьбу в зимних условиях, да еще в тылу врага, очень трудно. Десантников и партизан фашисты не брали в плен, а после мучительных допросов расстреливали. Враг знал силу десантника, который бился до последнего дыхания. В таких суровых условиях пришлось Исаеву организовывать медицинскую службу.

Артиллерийская канонада не прекращалась весь день. Немецкая авиация вела огонь, пытаясь приостановить стремительное наступление десантников. Абусаид вместе с санитарами оказывал первую помощь раненым прямо в поле. В канавах, оврагах производил всевозможные операции. И бойцы верили ему, надеялись на него, зная, что он не оставит их в беде.

К исходу дня подразделения подходили к намеченному пункту Ключи. Бой разгорался с нарастающей силой. Уже показались первые крайние избы. Село горело. Окутанные дымом дома и улицы затрудняли продвижение вперед. Враг оказывал упорное сопротивление, ведя сильный пулеметный и минометный огонь по наступающим.

В огородах, около сараев, в канавах скопилось много раненых парашютистов. Абусаид принимал все меры, чтобы укрыть их от вражеского огня. Когда была занята окраина села, Исаев в одном из уцелевших домов устроил медицинский пункт, куда санитары быстро начали носить раненых. В избе запахло хлороформом. Абусаид без промедления приступил к операциям тяжелораненых.

В это время из погреба вылезли две старушки, хозяйки дома, и, узнав, что в доме свои люди, стали помогать раненым. Затопили печь, нагрели воду, достали чистые полотенца и передали санитарам. В избе с каждым часом становилось теплее и уютнее. Раненые прибывали непрерывно. По указанию Исаева в сенях и во дворе был организован своеобразный приемный пункт.

Абусаид без отдыха оперировал раненых. В это время около дома разорвалась мина. Из окон со звоном вылетели стекла, и осколок мины ударил в живот врачу Исаеву. Он не сразу понял, что произошло, и продолжал операцию. Но резкая боль заставила врача быстро лечь на пол. Когда к нему подошли санитары, он был без сознания. После перевязки Абусаид открыл глаза и попросил воды. Сделав несколько глотков, он отчетливо увидел раненых бойцов, смотревших на него испуганными глазами.

Давайте на стол раненых, — вставая, сказал Исаев. Многие бойцы стонали от боли, но, узнав, что их доктор сам ранен, притихали и с удивлением смотрели на него. Наступившую тишину нарушал лишь металлический стук операционных инструментов. Потрясенные до глубины души бойцы следили за каждым движением рук Исаева. Санитары прилагали все усилия и внимание, чтобы помочь врачу: обтирали полотенцем пот с его лица, по одному только взгляду подавали необходимые инструменты.

Абусаид оперировал молча. Но боль в животе с каждым движением руки усиливалась, в глазах темнело. Его положили на приготовленную в чулане соломенную подстилку. Санитары сменили повязки, сделали укол морфия, чтобы облегчить мучения любимого доктора. Абусаид пришел в себя, попросил горячего чая. Выпив кружку крепкого чая, он почувствовал облегчение и, улыбаясь, сказал:

Ничего, все пройдет, нужно и меня оперировать. — Посланный в другую бригаду за врачом санитар не возвращался. За селом гремела артиллерия, и в избу доносился приглушенный звук боя. Поток раненых не прекращался. Принесли двух тяжелораненых бойцов. Они громко стонали и звали доктора. И Абусаид снова встал, подошел к раненым и потребовал инструменты.

Исаев уже заканчивал шестую операцию, когда на носилках внесли лейтенанта Петрова, близкого друга Абусаида. Увидев его, Исаев глубоко вздохнул, вытер руками лоб.

На стол! — приказал он.

Абусаид посмотрел на рану друга и тихо произнес:

Я спасу тебя.

Огромным усилием воли, превозмогая мучительную боль, приступил Исаев к седьмой операции. Когда она уже подходила к концу, в избу вошел врач. Абусаид, теряя сознание, увидел вошедшего коллегу… Из рук его выпал инструмент, а сам он упал у изголовья своего друга.

Его похоронили недалеко от этого дома, на небольшом холме, рядом с двумя невысокими соснами.

За проявленный героизм военврач 2-го ранга Абусаид Валиевич Исаев был награжден орденом Ленина.

591 просмотров всего, 0 просмотров сегодня